Борис Жуков (bbzhukov) wrote,
Борис Жуков
bbzhukov

Categories:
  • Music:

Заметки о XXVI московском конкурсе авторской песни, часть 2


Начнем с очевидного фаворита фестиваля – Андрея Корфа. Я впервые услышал этого автора на предыдущем московском конкурсе – и он стал для меня главным открытием того цикла. Я изумлялся глухоте жюри, не удостоившего такого автора даже диплома и тем самым закрывшего ему дорогу на «Петербургский аккорд». К счастью, тогда в жюри III тура сидел мудрый и чуткий Игорь Грызлов с джокером в рукаве – квотой оргкомитета ПА. Его молитвами Корф все-таки поехал в Питер, где и получил свои абсолютно заслуженные лавры. Я радовался за него, досадовал на решение московского жюри, ехидно вопрошал, не слишком ли часто московские авторы побеждают в Питере в обход московской квоты – «может, в консерватории что-то исправить?».
А теперь я гадал, что означает появление Андрея на нынешнем московском конкурсе. То ли он демонстрирует, что не держит зла, то ли хочет что-то доказать именно этому конкурсу. Как бы то ни было, я с интересом ждал его выступления. Однако то, что я услышал, превзошло все ожидания – и, судя по разговорам, не только мои.
Эпическое полотно «Баба Валя» – по сути дела, маленькая поэма в четырех частях, одни из которых поются, другие читаются, – мало походит на то, что мы привыкли называть «авторской песней» (хотя совсем уж новаторской для нас, воспитанных на Галиче, такая форма тоже не является). Думаю, что главная причина ее редкости в нашем жанре – то, что она очень рискованна для автора: как ни старайся разнообразить стихотворный размер, мелодии, интонации и прочее, а удержать внимание слушателя напряженным и эстетически сложным произведением 9-минутной длительности – почти нереально.
Корфу, однако, это удалось – «Бабу Валю» слушали, затаив дыхание. Казалось бы – ну что еще, какие художественные смыслы можно выжать из сравнения современной российской жизни с помойкой, свалкой, накопителем мусоропровода? Но автор как-то незаметно проскакивает сквозь естественное отвращение, ведя слушателей прямиком к повелительнице мусорного царства – Бабе Вале, настоящей языческой богине, воплощению стихии отбросов и отходов. Не только бытовых, но и человеческих: ее контингент – бомжи, путаны, извращенцы, стукачи, параноики и просто «все те, которых не позвали ни подруга, ни дочь»... Всем им находится место и угощение в безразмерной каморке Бабы Вали. И не успеешь оглянуться, как окажется, что
Под вечным ливнем из дерьма здесь пьет и курит задарма
Моя Россия. И я. И я.
И мы уже сами вместе с прочими подопечными Мусорной Богини готовы плакать, «что судьба у нас такая злая дура... Ура! Ура!» и со сладостной обреченностью повторять
Все упало. Все пропало.
Ни секунды не спасти.
Из помойного подвала
Нет обратного пути...
И все же последние строчки поэмы –
Со старой крыши над Москвой она, расправив крылья, полетит
Туда, где чисто, чисто, чисто...
Это даже не надежда. Это всего лишь напоминание: человеку (и даже целому обществу) случается жить на помойке, но помойка – не место для человеческой жизни.
Я, разумеется, не претендую на передачу всех глубин и нюансов этого мощного и в то же время тонкого сочинения. Я не утверждаю даже, что я правильно его понял. Просто, положа руку на сердце: часто ли на наших конкурсных концертах звучат сочинения такой напряженности и глубины? Часто ли мы вообще встречаем в сегодняшних песнях именно эпические образы – а когда встречаем, часто ли эпический замах автора оказывается оправданным?
Понимаю, что обсуждение этой темы выведет нас далеко за рамки комментариев к очередному московскому конкурсу. Поэтому здесь мы поставим точку – в надежде, что сказанное даст понять, почему на сей раз Андрей Корф не только триумфально прошел в лауреаты, но «по дороге» еще и приобрел приз зрительских симпатий (было бы странно, если бы было иначе). И почему свой личный список открытий я начинаю с автора, уже засветившегося на прошлом конкурсе.
(Нота-бене: обеих наград – лавров конкурса и приза зрительских симпатий – удостоилась также прекрасный автор Мария Кочеткова. Это решение тоже кажется мне вполне разумным и естественным, и если я тут ничего не пишу о Маше, то только потому, что в рамках конкурса я ее, к сожалению, не слышал: в I туре она не участвовала, а на II мы с ней разминулись (прослушать все вторые туры на всех четырех площадках было, может, и в человеческих силах, но уж точно не в моих). С другой стороны, обсуждать автора Марию Кочеткову как открытие сезона 2011/12 года – это, мягко говоря, несколько запоздало.)
Второй мой трофей, строго говоря, тоже не является абсолютно новым именем. Константин Уварин уже участвовал в московских конкурсах, и я уже ставил против его имени пометку, означающую примерно «не терять из виду». Но обе показанные им на I туре песни – «Песня про корабль» и «Железнодорожная» – сразили меня, что называется, наповал. Давненько мне не встречалось – не только на фестивалях-конкурсах, но и вообще среди новых песен – столь органичного сочетания легкой, изящной и как будто бы даже необязательной (хотя на самом деле весьма изощренной) формы с настоящей мыслью. Не буду даже пытаться подробнее изложить, чтó я имею в виду (это все равно что объяснять, в чем соль анекдота), скажу только, что песни при этом весьма разноплановые: одна – условно-притчевая, другая – путевая зарисовка, на первый взгляд вообще без всякого второго плана. И при этом обе хочется петь.
То, что такого автора даже не пропустили на III тур, для меня говорит только об одном: новая система проведения конкурса, может, и уменьшила «патологическле ожюрение», но не избавилась от него вовсе. Пусть уважаемые арбитры, принявшие такое решение, сами объясняют мотивы, которыми они руководствовались, – если, конечно, сочтут нужным. Я же вот о чем.
Я уже неоднократно говорил одну простую вещь: все места и призы на всех подобных конкурсах – это информация не столько о конкурсантах, сколько о конкурсе. При всем моем уважении к «ПетАккорду», это не он открыл Чикину или Певзнера – это они своим участием в нгем подтвердили высокую престижность этого конкурса, а своим лауреатством – то, что эта престижность имеет под собой определенные основания. И т. д. Не конкурс красит автора, а автор – конкурс (спасибо Алексею Ушаровскому за точную и краткую формулировку).
Подводя солидную историческую базу под наши конкурсы, Костромин любит вспоминать «выборы короля поэтов» в 1918 году, но разве мы не знали бы их участников, если бы этих выборов не было? Наоборот: мы эти выборы помним только потому, что в них участвовали действительно крупнейшие русские поэты того времени. (И даже при этом мы их помним скорее как анекдот: Маяковский занял второе место, уступив Северянину, – а о Блоке даже не вспомнили!)
Возвращаясь к нашим дням и нашим делам: я не думаю, что автор Константин Уварин, не будучи оценен по достоинству на московском конкурсе, затеряется, пропадет, бросит писать песни и вообще много потеряет. Я думаю, что московский конкурс многое теряет, не оценив по достоинству Константина Уварина. И поскольку я не могу относиться к московскому конкурсу отстраненно-равнодушно, мне это не нравится. Особенно с учетом того, что награды, не доставшиеся живым, звонким, изящным, пронизанным мыслью песням, в итоге венчают сухих дохлых плоских ворон.
Ольге Алтуховой на I туре выпал очень неудачный жребий – она выступала сразу же после Уварина. По всем законам сборного концерта она со своей сдержанностью и минимализмом выразительных средств должна была попасть в его тень, в «мертвую зону» восприятия слушателей. «Как бы я ни пела – никто не услышит» – словно пророчит она сама себе в одной из песен.
Однако услышали. Услышали и неподдельный трагизм, и и психологическую точность, и мастерское владение формой. И поразительную самобытность, ни-на-кого-не-похожесть – при полнейшей, казалось бы, традиционности. Ольга стала дипломантом конкурса – а на мой вкус, вполне достойна быть и лауреатом. Резервы у жюри были, что внутри самой авторской номинации, что за счет других номинаций.
Если считать итоги конкурса в авторской номинации отражением истинного положения дел в ней, то надо сказать, что ситуация весьма неплоха. Очень приличный общий уровень, довольно много достойных авторов и на их фоне – вот такие вот подарки богов. Плюс великолепные авторы, уже известные нам в течение некоторого времени (кроме уже упомянутой Маши Кочетковой не могу не назвать Зину Присталову, в этом цикле впервые попробовавшую взглянуть на конкурс глазами участника).
...В известном анекдоте мать-игуменья рекомендует своей инокине лимон без сахара как средство от чересчур счастливого выражения лица, неподобающего монашке. Нам для той же цели достаточно кинуть взгляд на соседнюю номинацию – авторов музыки.


Продолжение следует
Tags: авторская песня, праздник
Subscribe

  • Собираю сплетни

    В очередной раз обращаюсь к коллективному разуму френдов. Мне внезапно понадобились мифы о Дарвине. Не о его теории, а о нем самом (хотя, вероятно,…

  • Оригинальные поствакцинационные осложнения

    В самом начале прививочной кампании было во всеуслышание обещано: тем, кому в начале пандемии заблокировали проезд в общественном транспорте по…

  • Новости просвещения

    Как-то так получилось, что до меня почти одновременно дошли две новости: Первая: в Госдуму внесен проект поправок к закону "Об…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 8 comments